09-12-98
Необычное удостоверение вклеено в этот фотоальбом: "Перед людьми и прочими жителями суши удостоверяю, что Василенко Н.А. на борту крейсера "Александр Суворов" 19 января 1971 года пересек экватор и принял соленую купель и навеки зачислен в морские души". За бога морей Нептуна документ с печатью подписал командир корабля капитан первого ранга Александр Чумичев.
Трехпалубный артиллерийский крейсер "Александр Суворов" перебросили с Балтийского флота на Тихоокеанский. Экипаж - тысяча моряков. Орудия главного калибра - шесть на баке, шесть на юте. По двенадцать 100-миллиметровых пушек на левом и правом бортах. Несколько ракетных установок, четыре четырехствольных пулемета. Крейсер демонстрировал боевую мощь Страны Советов, курсируя вдоль африканского побережья. Стоял возле острова Сакотра в районе Южного Йемена в ожидании возможного приводнения трех космонавтов - Волкова, Добровольского, Пацаева. Но встречи не произошло - все трое погибли от разгерметизации спускаемого аппарата. Успели только сделать снимок из космоса. На снимке - ждущий их крейсер "Александр Суворов".
На боевое судно Николай попал случайно. По первости первокурсника Челябинского индустриального техникума, уроженца города Бакала, привезли во Владивосток. Здесь "расписали" в морскую пехоту и определили в "учебку", дислоцированную в поселке Камень-Рыболов. Полгода он осваивал премудрости профессии наводчика орудий плавающих танков. Одновременно занимался спортом: как-никак имел первые разряды по лыжам и легкой атлетике. Третье место в кроссе на первенство Дальнего Востока круто изменило его судьбу. По весне приехал флотский представитель и забрал Николая в спортивную роту. Поездил матрос по соревнованиям всех рангов от Калининграда до Сахалина. Так бы и катилась не омываемая морем морская служба. Но однажды сказали ему и его товарищам по спортроте: "Поедете в Эфиопию!"
Так Николай попал на крейсер "Александр Суворов". Для чего нужны были на боевом корабле компьеметатели, дискоболы, футболисты, спринтеры и пловцы - никто из спортсменов не догадывался. Но "подснежники" даром флотские щи не хлебали. Так же, как весь экипаж, стояли вахту, чистили котлы и стволы орудий, драили палубу. За несколько дней до соревнований их освобождали от службы, и они носились как угорелые по этой самой палубе длиной 214 метров, подкачивая мышцы и укрепляя волю к победе.
Конкретную задачу поставили на подходе к эфиопским берегам. А вытекала она из ежегодного мероприятия, учрежденного лично императором страны Хайле Селасие I. По случаю выпуска в училище морских кадетов император устраивал большой праздник, на который приглашал корабли ведущих держав - России, Америки, Англии, Франции, Италии и других.
Повод сам по себе слабенький, но ничего другого в полунищей стране не придумаешь. Хайле использовал этот масштабный визит как средство для поднятия своего престижа в глазах сограждан, а западные политики примеряли свои интересы к африканскому побережью Индийского океана. Причем не упускали случая подложить свинью коллеге по дружескому визиту.
- Наша эскадра, - рассказывает Николай Александрович, - состояла из крейсера, эскадренного миноносца "Блестящий" и танкера "Ижора". Во время показательных маневров американский фрегат внезапно изменил курс и пошел наперерез эсминцу, который, в свою очередь, уже шел на швартовку. Только мастерство командира и выучка экипажа "Блестящего" помогли избежать неминуемого столкновения. Провокация сорвалась.
Проиграв "битву" в океане, американцы и их союзники пытались взять реванш на суше. Но спортсмены агиткрейсера доказали преимущества развитого социализма над разлагающимся империализмом.
- 16 февраля 1971 состоялся кросс, - вспоминает Василенко. - Дистанция - пять морских миль. Участников, человек двадцать со всех кораблей, посадили в автобус и повезли в пустыню. Старт давал знаменитый марафонец, победитель двух Олимпиад босоногий Абебе Бекила. Кроме европейцев и американцев бежали два эфиопа. Первый как рванул, так сразу скрылся из виду. Я пристроился за вторым. Но и он передо мной долго не маячил. Как я бежал - не помню: на градуснике под пятьдесят жары. Помню только, что пришел третьим. Очнулся на корабле, куда меня оттащили на носилках. На другой день - новые старты. Но прежде подвели к Бекиле. Рассказывали, что он меня искал. Покажите, говорит, мне того матроса, который упал сразу после финиша. Познакомились. Он одобрительно похлопал меня по плечу, расписался в моей квалификационной книжке и пригласил в гости. Пошли с несколькими ребятами. Дом огромный, а внутри ничего, кроме толстых циновок. Угостили нас каким-то напитком. Что-то вроде чая - горячий и вязкий. Выплюнуть неудобно, а проглотить невозможно. Так и таращились друг на друга, пока само не рассосалось.
У Абебе четыре жены. Надзирает за всеми старшая, вторая готовит еду, третья возится с детьми. Ну, мы, конечно, поинтересовались, в каком порядке они выполняют свои интимные обязанности. Наш вопрос Бекилу не смутил. Распоряжается, сказал он, этим деликатным делом старшая жена. Кого она назначит, та ко мне и приходит.
Удивительна судьба великого спортсмена. К олимпийским высотам он пришел самостоятельно. Тренировался по собственной методе. Воспитал барса и бегал с ним наперегонки. Причем приучил зверя бежать впереди. И когда Бекила загнал барса до смерти, он понял, что настал его звездный час... Через несколько лет Абебе попал в автокатастрофу. На инвалидной коляске он заявил: "Стану чемпионом!" И стал. Чемпионом Африки по... стрельбе из лука.
В перерывах между соревнованиями и корабельной службой моряков отпускали на берег. В увольнение шли четверками под командованием офицера. Перед тем как ступить на трап, снимали бескозырки и давали клятву: не изменю Родине, вернусь обратно.
- Мы поначалу считали это пустым формализмом. Никому и в голову тогда бы не пришло стать "русским негром", - смеется Николай. - Потом сообразили, что дело не в преданности отчизне, а в собственной безопасности. За полгода до нас здесь пропал черноморский матрос. Вышел прогуляться по магазинчикам и сгинул. Так и не нашли.
Агитация за социализм в Эфиопии, Сомали (туда тоже заходил крейсер) в виде демонстрации спортивного духа и ракетных установок совмещалась с более скрытыми от посторонних глаз мероприятиями. В океане отрабатывалось взаимодействие надводного и подводного флотов. Раз в две недели по ночам всплывала субмарина без опознавательных знаков. В отдраенные люки с крейсера передавали подводникам горячий хлеб, с танкера - мороженое мясо. Моряки переговаривались, искали земляков.
- Слышу, кричат: "Кто с Урала?" Я, говорю, с Урала. "А из Челябинска есть?" Я, отвечаю, из Челябинска. Так и познакомились мы в Индийском океане с Сашей Кагаевым. Я дембельнулся первым и приезжал к его матери в Челябинск. Он у меня бывал потом в Кыштыме.
Сам Николай вернулся домой из Владивостока не один. Привез жену Раису. С ней же поехал в Кыштым после окончания техникума. И сейчас работает мастером в техническом лицее - учит ребят на слесарей по ремонту автомашин. Спортом в свои 49 лет не занимается. Только первого сентября на спортивном празднике посвящения в рабочие пробежит за компанию пару кругов. Бежал и в нынешнем году. Ухватил за руку самого слабенького пацана из группы и протащил всю дистанцию. Николай Александрович, конечно, не африканский барс, но чем черт не шутит: может, тянул он за собой будущего чемпиона олимпийского, вроде легендарного Абебе Бекила.
Виктор РИСКИН.
(Наш корр.).
г. Кыштым.