31-03-99
То, что при хорошей организации дела известный тезис о нелюбви нашего современника к кино оказывается полнейшей глупостью - факт. В кинотеатре "Знамя", к примеру, в выходные дни к кассам выстраиваются очереди.
"Адвокат дьявола" (реж. Тейлор Хэкфорд. "Уорнер Бразерс", 1997) и "Идеальное убийство" (реж. Эндрю Дэвис. "Уорнер Бразерс", 1998) на самом деле суть две серии одного фильма про самый инфернальный, но, одновременно, манящий город на Земле - Нью-Йорк. Киношники создали такое количество фильмов про него, что впору говорить об огромном кинотексте, второй реальности под тем же названием. Ведь известен в культуре петербургский текст, сотканный еще Пушкиным и Гоголем. Его документальное соответствие реальной жизни - вопрос праздный и малоинтересный. А вот из какого сора все это получается, проследить забавно.
Совершенно очевидно, что дьявол в исполнении Аль Пачино только в Нью-Йорке и может жить. Это преуспевающий бизнесмен, чувствующий себя одинаково хорошо в высоком обществе и среди овощных лавчонок китайского квартала. А подземка для него - и вовсе пикник. Он всюду свой, потому как говорит на всяком сущем здесь языке и принимает жизнь в любых ее проявлениях вплоть до церкви (кажется, это первый фильм, где сатана вхож во храм). Такие факультативные штрихи выносят городу приговор. И как эти американцы подобное безобразие терпят! Впрочем, Нью-Йорк для них клапан, где дурная энергия человечества должна бы выпариваться, словно радиоактивный Карачай. Стоило "американскому Лужкову" - нью-йоркскому мэру Джулиани навести здесь некий порядок, и американцы начали выплескивать отходы своих стрессов на Ирак и Югославию. Как тут не вспомнить реплику Аль Пачино о том, что он убивает хорошим...
Хорошее - это в первую очередь тамошняя система судопроизводства. Суд стал для американцев таким же обыденным делом, как шопинг. И совершенно самодостаточным по отношению к истине. В реальности это проявилось несколько лет назад, когда присяжные вчистую оправдали О. Джей Симпсона, в то время как все знали (но не все сознавались), что он убил свою жену и ее любовника. Если развернуть эту метафору, то цивилизация и бытовая культура таят в себе опасность не меньшую, чем варварство. А человеку как не было веры, так и быть не может. Что и подтверждает в последней сцене фильма Кину Ривз, сыгравший того самого адвоката.
Второй из обозреваемых фильмов продолжает тему в тех же декорациях грязного нью-йоркского метро, безлюдного промышленного района и удивительно знакомых террасах богатого дома, откуда сверкающий в ночи город манит и пугает одновременно. Нам представляют семейную пару: Майкла Дугласа и получившую на днях "Оскара" (за другой, правда, фильм) Гвинет Пэлтроу. В семье что-то не так. Гвинет полюбила художника-постмодерниста (Вигго Мартинсен), который тоже вроде к ней неровно дышит. Но биржевой спекулянт Дуглас все узнает и предлагает художнику покончить с ней. За большие деньги, но насмерть. Кстати оказывается, что внутренний мир художника допускает такой вариант. Пружина начинает раскручиваться. Ни первое, ни второе убийство идеальным не назовешь. Делом занимается детектив-инородец, внешне жутко похожий на Эркюля Пуаро из знаменитого английского телесериала. "И как тут не уверуешь в переселение душ", говаривал, помнится, Шерлок Холмс. Гвинет работает в ООН переводчицей и дьявольским образом находит общий язык и с детективом, и с латиносами из нью-йоркского дня. Авторы фильма действуют по принципу В.И. Ленина и срывают маску за маской. Какое из череды убийств окажется идеальным, зритель поймет, лишь выйдя из кинотеатра.
Тем-то кино и хорошо. Ибо оно - не вздохи чеховских барышень на театральных подмостках. Это совершенно другой жанр - аттракцион, который в нужный момент выключается умелой рукой. И хорош до тех пор, пока таковым остается. В этом смысле система объемного звука dolby surround, установленная в "Знамени", делает свое большое дело, подхватывая зрителя и унося его туда, где ему никогда не бывать. И не надо.
Айвар ВАЛЕЕВ.